Below are the 2 most recent journal entries recorded in ss_88's LiveJournal:

Wednesday, October 26th, 2005
12:18 pm	Все, что мы видим, до чего дотрагиваемся — все тлен. В этом мире нет ничего, чтобы мы забрали с собой, И нет ничего, что мы могли бы поставить себе в заслугу созданного. У нас есть дух и наша чистота помыслов. Для глупцов этого мало, для избранных — воистину безгранично! 1488 слов Мистический национал–социализм Основа национал–социализма – ДУХ и НАЦИЯ, националист ставит духовное выше материального. Государство для национал–социалиста является придаточным, второстепенным фактором, равно как и экономика. Границы, заводы отодвигаются на второй, третий план. Исходя из этого, можно утверждать, что национал–социализм является не материальным, а скорее религиозно–духовным, если хотите, мистическим учением, преследующим цель: задание иного пути развития и устройства мировой цивилизации, идущей сегодня по так называемому пути прогресса для удовлетворения все возрастающих материальных потребностей человечества, причем любое разумное самоограничение в существующей цивилизации отвергается в корне. Однако сегодня, умышленно или по недостатку знания, национал–социализм пытаются объяснять только с точки зрения материального понимания. Задайте вопрос любому сегодняшнему лидеру, вождю, председателю или просто «великому идеологу» национал–социализма: какие цели вообще и конечная цель в частности ставится национал–социализмом? И услышите в ответ нечто вроде: «восстановить национальную власть». И детальную расшифровку, мол, это принесет: «восстановление армии, помощь многодетным семьям, стабилизация рубля» и т.д. и т.п. Но если исходить их того, что национал–социализм — это путь развития цивилизации, то получается явное противоречие между целью и формой, так как любое интеллектуальное развитие подразумевает, прежде всего, духовный рост. Духовное ставится над материальным, то есть государство и социально–экономические концепции вторичны и отодвигаются на задний план. Все эти вопросы ставятся в сегодняшней России современными идеологами–теоретиками. Но они базируются на абсолютно утопических моделях построения мировой цивилизации, обусловленных данным историческим этапом. Мол, «евреи находятся у власти», у либералов «плохая экономика», «нищающее население», «разваливающаяся армия» и т.д. и т.п. Это, безусловно, требует решения, но при чем же здесь духовное учение? Где точка опоры? Обоснование идеологической базы свелось идеологами–теоретиками к материализму мира сего. Ставить средства (государственный строй, экономику, деньги и т.п.) выше нации — кощунственно. Если вдруг исчезнут евреи и что тогда: крах идеологии? Придут русские, которые могут быть не лучше и что тогда? Как в этом случае обосновать базу с точки зрения национальности? Конструктивного решения не будет, а значит, такая модель не может быть точкой опоры в теории мирового устройства, развития цивилизации. Следует сделать утверждение: данный национал–социализм возможен только здесь и сейчас, в этих рамках, в этом временном отрезке, в этой стране и исключительно в виде оппозиции. Национал–социализм — это мировоззрение, выполняющее роль противовеса современному рационально–материальному мировому порядку прогресса, это борьба за сохранение духовности, самобытности, менталитета и культуры нации, защита нации от стремления в общую могилу народов ради недостижимого всеобщего благополучия. Вообще, современные националисты, (как правило, выходцы из советской системы), пошли по пути разделения звеньев одной цепи, одного учения, выдергивая из общего, воедино связанного то, что им понравилось, не утруждая себя даже обоснованием того, что выдернули. Кто–то берет вопрос крови, кто–то антисемитизм, кто–то расизм, кто–то вообще «просто» националист, патриот, державник. Обоснование даже такого сложного звена, как расовая теория и вопрос крови свелось к банальному братанию белых, лишь внешне похожих друг на друга людей. А весь глубинный смысл уходит неизвестно куда, то есть формула наоборот: материальное, а уж потом духовное — и кровь, как носитель информации и тело, как вместилище духа. Хочется еще и еще раз напомнить, что национал–социализм — это не словесная составляющая национализма, только как национальной власти и социализма, как модели построения государства. Национал–социализм обуславливается духовно–религиозным, мистическим пониманием. Сущность национал–социализма можно понять лишь выйдя за рамки материального на уровень духовного осмысления ситуации и осознания целей, стоящих перед всей цивилизацией, перед всем разумным человечеством. Не принесут положительных результатов попытки понять национал–социализм в материальном контексте, как одну из многочисленных, навязанных иудаизмом, концепций «прогресса» — будь то под маской либерализма, либо коммунизма, с неизбежной духовно–нравственной деградацией нации и дальнейшего отдаления человека от образа и подобия Божьего. Сегодня мы не станем подробно разбирать и описывать идеологии коммунизма и либерализма со всеми внутренними подразделами и ветвлениями обоих учений, а выведем лишь некоторые черты. Либерализм — учение строго материалистическое, стоящее на рельсах прогресса и обосновывающего его с точки зрения необходимости удовлетворять все новые потребности человечества без каких бы то ни было самоограничений. Поощряется индивидуализм, культ золотого тельца. Роль государственной власти при развито либерализме минимальная и формальная: стираются как нации, так и границы — «мир без границ». Управление миром осуществляется крупными транснациональными корпорациями при помощи фиктивных денег и экономики. При развитом либерализме демократия невозможна. Коммунизм, как и либерализм — учение сугубо материалистическое и так же вышедшее из недр иудаизма: поощрение коллективизма, жесткая тоталитарная структура власти, уничтожение наций, национальной самобытности народов. Цель коммунистов отражает лозунг: «Пролетарии всех стран — соединяйтесь!» Но если либерализм призывает всех обогащаться, обогащаться любой ценой, обогащаться за счет того, «кто слабее», коммунизм низводит всех до одного уровня — уровня «достойной бедности», а роль элиты в коммунистическом обществе играет партийная номенклатура. Достаточно приглядеться к сегодняшним коммунистам, что разглядеть в них все эти черты, даже ради показухи они не могут вести себя скромно: на фоне всеобщей нищеты русского народа они прекрасно чувствуют себя за стенами Госдумы и в губернаторских кабинетах так называемого «красного пояса». Они лукавят, «защищая» простого человека. Этот самый «простой человек» мало, что имел при их власти. Социалистический принцип «от каждого по способностям, каждому — по труду» в СССР не работал. Точно так и разного рода национал–демократы, национал–республиканцы, национал–патриоты и прочие, все те, кто создают модели построения якобы национального государства и его экономического устройства, имеют такое же отношение к национал–социализму, как сатана к раю. Все остальные концепции не имеют точки опоры. Их применение возможно только в узкий исторический промежуток времени в конкретном месте. Национализм формирует мировоззрение, а не системы государственного устройства. В противном случае получается следующим образом: сначала победим «оккупационный режим», а там посмотрим. Из той же сказки: «Вставай беднота и рабочий класс свергать угнетателей, а потом, когда свергнем, заживем красиво, богато и счастливо. Только вот буржуев и кулаков добьем, потом с естественной контрреволюцией поборемся, потом с вредителями и антисоветчиной всякой, диссидентами» … а в итоге — со всем народом. Либо, как решили иные «вожди–националисты»: не побеждать вовсе и, оставшись в формальной оппозиции существовать идейно, меняясь под обстоятельства и отношение к ним существующей власти. Либо побеждать, занимая место угнетателей и антинародного правительства, становясь такими же угнетателями и тем же правительством, но уже «национальным», а винить за неудачи будем, как и коммунисты, скажем, вредителей и шпионов, оставаясь все в той же материально–прогрессивной системе до ее полного и необратимого завершения. Если проанализировать путь появления и развития немецкого национал–социализма — его видимой части: то мы получим ту материальную основу, которая и формировала идею для масс. Это идеология социал–дарвинизма (войны видов и выживание лучших, наиболее сильных и приспособленных к жизни в обычных, а не в искусственных тепличных условиях), антропология, как практические стандарты классификации рас и учение евгеники. Более же глубокое, духовное понимание и осознание дается лишь избранным. Обладающим особыми свойствами как физического, так и психического, прежде всего — духовного характера. Имеющим, если угодно, метафизическое чутье и способным отделить вторичное и временное от существенного и вечного. Духовная, скрытая часть национал–социализма формировалась из религиозно–оккультных учений древности народных теософии и ариософии, которые и обосновывали видимую, материальную часть всего учения в целом. Если проследить развитие немецкого национал–социализма с XIX века включительно до его физического краха, то становится определенно очевидной его связь с целым блоком незримых составляющих древних культов духа человека, его религиозности. Это подтверждается и цитатами лидеров Третьего Рейха, например: «Тот, кто видит в национал–социализме лишь политическое движение, ничего в нем не понял. Национал–социализм — это воля к созданию сверхчеловека» (А.Гитлер). И в этой области не надо бояться перенапрячь интеллект. В национал–социализме поддерживается неразрывная связь практически со всеми религиями: как с канонами бескомпромиссного православия раннего средневековья, не обросшего разными домыслами и всевозможными трактовками гуманистического, «общечеловеческого» типа, так и с буддистским мировоззрением, с его дуалистическим пониманием мира. Все законы религии в национал–социализме не только действенны, но и являются единственно возможными для самосохранения и выживания. Они выведены самой природой, открыты через людей, чье сознание было доступно и не затуманено идеалами просвещения и гуманизма. Эти законы невозможно рационально понять, ими можно только жить. Это скорее состояние внутренней предрасположенности, чем философская система. И эти законы, выведенные самой природой, являются единственно правильными, справедливыми и гуманными. Глубинное понимание их дается лишь посвященным и избранным и к этому прилагается власть (не в официальном ее понимании, конечно), власть духа и воли над телом и своей сущности, своего предназначения. Весь смысл сверхвозможностей человека и нации ушел сегодня исключительно в сферу голливудских сценариев, вроде протыкания игрушек иглами и прочей сатанинской чуши. Многие считают, что сегодня человечество ушло в своем развитии далеко вперед от наших предков. И они правы. Ушли. И далеко. Возможно, что необратимо. Только вот не туда — в направлении материального прогресса и деградации духа, удаляясь от образа и подобия и, соответственно, к самоуничтожению. Древние былинные сказания о русских богатырях приоткрывают горизонты тех знание и возможностей людей, живших неразрывно в гармонии с природой и ее законами, а значит, и с Богом. Концепция национал–социализма дает ответы на все вопросы бытия, но замкнута искусственной сферой наших предрассудков материального мира, нашего невежества. Непонимание умышленно навязано нам мировым гуманизмом и прогрессом и его агентами влияния, иудеями и сионистами. Сейчас идет борьба не за блага, даже не за страну — сейчас идет действительная борьба между двумя мировоззрениями — добра и зла — за сознание и души людей. Для понимания фундамента национал–социализма, его точки опоры и отсчета должна быть вера (и вера религиозная) в вечную душу. Только опираясь на это, можно строить национал–социализм на земле, а иначе, никакие социально–экономические программы не дадут никакого результата не только при наличии их необходимости и обоснованности, но и при их видимой эффективности. Дмитрий Дёмушкин (5 Comments |Comment on this)
12:15 pm	Уроки Русского национализма Дмитрий Демушкин, Григорий Сотский, Алексей Д. Тяжело, со старческим скрипом, но неотвратимо уходят в прошлое те времена, когда такое здоровое и доброе понятие как Национализм в силу целого ряда причин очернялось и наделялось всевозможными негативными, пугающими и отталкивающими признаками. Такая ситуация вокруг этого слова возникла в силу определённо складывающейся исторической ситуации, доминирующих идеологических предвзятостей и противостояний. Лживые идеологические трафареты, предпочтения и штампы раз и надолго ставшие привычными, само собой разумеющимися и не подверженными элементарному осмыслению, заменили собой объективность и истину. Пережитки старой идеологии, как отражение старого строя, на протяжении длительного времени живут в сознании людей и изживаются нелегко. Путаница понятий и ложные определения, рождаемые пропагандистскими выкрутасами, стали до того изощрёнными, что сегодня у нас традиционно «левые» почему-то определяются как «правые» (и наоборот), «коммунизм» ставят на одну доску с «фашизмом», «фашизм» – с «национал-социализмом», «национализм» с «шовинизмом» и «ксенофобией» и т.д. Прошло ещё совсем немного времени с тех пор, когда только употребление вслух таких слов и словосочетаний, как «Русский», «национальный», «Великая Россия», «национальные интересы», «Слава России!» и т.п., только поднимание тем об ущемлении прав Русского народа в южных и прибалтийских республиках бывшего СССР, о демографической катастрофе, о враждебных действиях западных спецслужб, о деструктивной роли тоталитарных сект, о диктатуре международной финансовой олигархии и т.д. и т.п., автоматически влекло в адрес произносящего такие слова и словосочетания и в адрес поднимающего такие темы предъявления «обвинений» в «фашизме», «черносотенстве», «антисемитизме», «великодержавном шовинизме». Сейчас вышеприведённые слова и словосочетания и такие темы твёрдо вошли в ежедневный обиход – и в массовое сознание, и в язык СМИ, и в лексикон большинства официальных лиц. И звучат они как само собой разумеющееся. Для того чтобы такое произошло, понадобилось более десяти лет нашей агитационно-пропагандистской работы в определённых условиях, что постепенно влияет на общественные настроения, с которыми волей-неволей приходится считаться и власть предержащим. Приходится – конечно, неискренне, придерживаясь определённой конъюнктуры и преследуя свои корыстные интересы. Нынешней власти, чтобы удовлетворять свои сугубо шкурные, личные интересы, – контролировать прибыль, получаемую в результате ограбления природных ресурсов, приходится идти на использование “национальной” риторики не из “идейных” соображений, а исключительно из понимания, что только национальная идея способна ещё хоть как-то обеспечить единство разваливающегося государства, что является для неё главным условием удержать этот контроль. При этом, мы не опасаемся каких-то «перехватов лозунгов» и «профанации идей». Национализм обязывает к искренности – пустое декларирование отдельных лозунгов и слов из его лексикона сразу заметно и ни к чему не приведёт. Более того, тот, кто фамильярен по отношению к нему, рано или поздно терпит удары высших сил. Происходит ли процесс трансформации нынешней власти в национальную, являются ли они Националистами? Конечно, нет. Напротив того, они враждебно настроены в отношении Национализма. Поэтому вся их околонационалистическая риторика будет недолгой, если им только волей-неволей не придётся предпринимать действия в её духе. Тем более ими затрагиваются темы, поднимаемые Национализмом, но не сам Национализм как таковой. Сегодняшний официальный негатив к Национализму и Его Идеологии объясняется политической конъюнктурой и смутным представлением, путаницей понятий, привычными предубеждениями. Со стороной, которая знает суть предмета, но умышленно и намеренно клевещет на него и предпринимает в отношении его враждебные действия, никаких словесных дискуссий не будет. Но она в подавляющем меньшинстве. Остальным стоит объяснить. На наш взгляд, объяснению, что же есть Национализм, во многом поможет разбор и устранение штампов и предубеждений. Это ни в коем случае не оправдания. В чём обычно пытаются «обвинить» Национализм и в чём обычно усматривают его отрицательные черты? Перечислим основные «обвинения» (а их немного). 1) Пропаганда национальной исключительности и национального превосходства, возвышение своей нации над другими и унижение их; 2) ксенофобия и национальная нетерпимость (имеющие выражения, в частности, в таком явлении как «антисемитизм»); 3) агрессивность, насилие, милитаризм, тоталитаризм. Разберём по пунктам, являются ли вышеперечисленные признаки характерными для Национализма, т.е. неотъемлемыми и исключительно ему присущими. В противном случае, «чему противоречит признак вещи, то противоречит и самой вещи.» Применительно к Национализму пошли эпитеты «радикальный», «респектабельный», «крайний», «цивилизованный», «маргинальный», «мягкий», «дикий», «левый», «этнический», «правый»... Нет, господа, Национализм он и есть Национализм! Не бывает национализмов «левых», «мягких», «крайних», «красных» и т.д. Любые определения Национализма с подобными эпитетами – это уже не Национализм, а что-то другое. 1) Чувство национальной исключительности признаком Национализма является. Но давайте определим это чувство. Национализм представляет явление глубоко «историческое» по своему характеру. Национализм всегда должен связывать свои представления с национальным прошлым, то есть с коллективными воспоминаниями народа. Прошлое воплощает особые ценности и традиции сообщества, без которых не было бы никакой нации, никакой национальной судьбы. Для национализма они являются священными составляющими национального духа, которые следует оберегать и восстанавливать. Поиск «настоящих предков» нации – это составляющая националистического наследия и его озабоченности культурной подлинностью. Установление подлинности и верная интерпретация уникального этнического прошлого становятся основной задачей националистов. Национализм проповедует национальную исключительность для всех без исключения наций, не только для одной. Национализм, стоя на принципах уважения к своей нации, к её вере, культуре, истории, неминуемо и логично распространяет такое отношение на все остальные нации и их признаки. Одновременно мы имеем право что-то принимать и приветствовать или, напротив, что-то отвергать и с чем-то не соглашаться в облике и в образе жизни других наций. Но уважительное отношение сохраняется при этом неизменным. Национализму ценен сам факт национального своеобразия, колорита и самобытности, и он всячески приветствует и отстаивает это. «Не «обрусить» или «оправославить» – задача русской национальности, а только сохранить себя, сохранить тот мощный облик, который естественно сложился в веках и который когда-то давал нам победу. Если же проповедуется право на существование только одной (не важно какой – русской, корейской и т.д.) нации, а национальное своеобразие и уникальность других отрицаются, это уже в корне противоречит фундаментальным принципам Национализма. Это уже не Национализм, а обычная мезонтропия. Это патология. Тем более, что зачастую предпосылкой национального сознания является знакомство с чужой национальностью. Отрицание национального своеобразия влечёт за собою отрицание политической свободы. Такое отрицание затрагивает понятие Национальной Чести. А она не должна оставлять безнаказанными никакие посягательства на свои права. Те же, кто ратует за всесмешение и отрицает национальную уникальность, встают на путь откровенного богоборчества (ибо такое смешение противоречит законам природы и биологически невозможно) и одновременно именно они оскорбляют людей по национальному признаку, отказывая им в её наличии. Национализм проповедует национальную исключительность каждой нации, но не стоит на позициях национального превосходства. Да и чем измерять «национальное превосходство»: степенью влияния на мировую политику и экономику, количеством танков, высших учебных заведений, долей ВВП на душу населения, наконец, моральными характеристиками? Существует столько моралей, сколько и культур, не больше и не меньше. Общечеловеческой морали не существует. Уже поэтому не дело Националиста возмущаться моралью других народов, а нужно учитывать её специфику и, исходя из этого, выстраивать с ними взаимоотношения, а то и не выстраивать их вовсе, имея в виду совместимость или несовместимость характеров и крови. Сравнительные характеристики можно проводить только в границах одного вида. 2) Отринув определение Национализма как идеологии «национального превосходства», мы тем самым делаем несостоятельным его «обвинение» в ксенофобии. Ксенофобия изначально не является определяющим признаком Национализма. Ксенофобия характерна прежде всего для государственной (не путать с национальной!) политикой ряда стран, идеологией которых Национализм не является (демократической Британской империи, СССР времён депортации народов, социалистической Польши и т.д.) Национализм основывается не на ненависти к другому и чужому, а на любви к своему. В противном случае, «национализм» пропадает одновременно с исчезновением предмета ненависти. В Национализме явление ксенофобии может возникнуть как временное явление только в одном случае – в случае явной угрозы независимости, самобытности и существованию одного этноса со стороны другого этноса. Применительно к сегодняшней России возникновение такого явления объяснимо. Это объяснимо духовными, демографическими, культурными, политическими, экономическими причинами. Некомплиментарностью (психологической неуживчивостью) коренного населения с пребывающими млеччхами (нецивилизованные некультурные люди). А также не в последнюю очередь – с наглостью и дерзостью этнических криминальных сообществ, состоящих из не лучших представителей Кавказа, Центральной Азии, стран Африки и ряда других государств. Заметим, кстати, что ксенофобия при этом имеет выборочный, а не тотальный характер. Национализм допускает всякое равноправие, но лишь вне своей черты, и никакого равноправия – внутри неё. За границей, какая бы ни была вера, язык, закон, национальность, мы признаём за ними те же достоинства для их стран, какие признаём за своей верой, языком, законом и национальностью для нас самих. Но внутри России мы искренне не можем допустить подобного равноправия... Ведите себя дома как вам угодно, считайте себя равными или даже высшими нас существами, но как только вы приходите в соприкосновение с нашими порядками жизни, вы обязаны им подчиняться. Национализм постоянно осознаёт и культивирует позитивное чувство принадлежности к своей нации, её признакам и принципам. Националистическое чувство не предполагает ненависти к другим (чужим). Ксенофобия не является признаком Национализма. Что касается «антисемитизма». В своё время мы уже отмечали неточность этого термина, но думаем, читатель в принципе улавливает смысл, стоящий за этим словом. «Антисемитизм» и Национализм – явления сугубо отдельные. «Антисемитизм» ни в коем случае не является признаком Национализма, а Национализм – не синоним «антисемитизма». Существует такое сильное и зрелое явление как Еврейский Национализм. Между нашими нациями (русскими и евреями) создано и внедрено чуть ли не на генетическом уровне столько мифов и предубеждений по отношению друг к другу, что порой теряется надежда на их полное преодоление и исчезновение. Обе стороны боятся (или стесняются?) сделать первый шаг – одни из опасений быть обвинёнными в связях с «проклятыми антисемитами и фашистами», вторые – из боязни уличения себя в «продажности мировому заговору сионистов». Такова нечеловеческая сила Мифа. Все эти годы наши «профессиональные антисемиты» почему-то отождествляли свою политику с политикой Национализма. Еврейские «профессиональные антифашисты» любое проявление Русского Национализма все эти годы отождествляли с «антисемитизмом». Конечно, не учитывать «еврейский фактор» и степень его влияния в современной политике, экономике, культуре, мягко говоря, недальновидно. Мы достаточно подробно и глубоко изучали этот «вопрос». И у нас по этому «вопросу» вопросов нет. Все свои вопросы любая нация должна решать сама. И за свой счёт. В то время, когда лучшая часть еврейской нации героически воюет на очередных голанских высотах, отстаивая своё право на существование, метр за метром отвоёвывает у пустыни землю, возделывая поля, другие её части заняты собственным обогащением на российских просторах или откровенно предают своих, пребывая в Нью-Йорке, Лондоне или Брюсселе. Конечно, мы не склонны питать никаких иллюзий и стараемся достаточно реалистично смотреть на вещи, но парадокс ситуации заключается в том, что Израиль на сегодняшний день, объективно, – это форпост европейской цивилизации на Ближнем Востоке. Да, цивилизации больной, ослабленной, требующей лечения, но – нашей цивилизации! Если бы этого сдерживающего фактора сейчас не было, процесс уничтожения Цивилизации Белой Расы путём заселения Европы народами, агрессивно исповедующими совершенно иные и даже противоположные ценности, ускорился бы в несколько раз и стал бы совершенно неуправляемым и неисправимым. Одновременно мы знаем, представители какой нации громче всего трубили о «толерантности» (предполагая, что с выгодой для себя), пытались определять и даже возглавлять европейскую миграционную политику последних десятилетий, плоды которой, в конечном счете, стали угрожать и ей самой. Ко всему прочему, у нас, Националистов, не может не вызывать симпатию государство, в основе которого заложены идеи Национализма, понимание, что такое нация и принципы её сохранения и развития. Хотя в последнее время эти основы пытаются разрушить многочисленные «совки», привыкшие и в бывшей Совдепии и в нынешней Эрэфии, а теперь в Израиле только числиться евреями, не соблюдающие еврейскую традицию и даже враждебно к ней настроенные. Усиление этих сил – это гибель Израиля. 3) Идеология Национализма должна насколько можно более адекватно показывать и объяснять окружающее человека, выявлять и следовать божественным, то есть естественным законам, а не ублажать чьи-то фантазии и привычки и следовать чьим-то иллюзиям. Национализм, когда он проявляется как инстинкт самосохранения в момент угрозы существованию нации, естественным образом обретает воинственный образ. Исходя из опыта последних лет: США и Великобритания - какие государства? Правильно, демократические. Какую внешнюю политику они ведут? Правильно, агрессивную и милитаристскую. Можем ли мы, исходя из этого, классифицировать данные государства как националистические? Правильно, не можем. Можем ли мы признать характерными, определяющими признаками демократии агрессию и милитаризм? Тоже нет. Кто-то пытается усмотреть в Национализме разрушительные тенденции. Что можно ответить? Национализм внешне может проявлять себя достаточно широко, – как консервативно, так и революционно, в зависимости от складывающейся ситуации. Сегодняшний Русский Национализм – это Революционное Движение, обусловленное к тому же ситуацией национально-освободительной борьбы. Но в своих стремлениях и действиях он всё-таки идёт по пути созидания. Его идеи воспринимаются по-новому, они волнуют, как порыв свежего ветра в душную погоду. Отождествлять Национализм с фашизмом могут только люди злонамеренные или, что чаще, мыслящие пропагандистскими клише советского Агитпропа. Фашизм Италии Муссолини (а только он и есть, собственно, фашизм) – явление итальянское, но не националистическое, а социальное. Понимание Нации с позиции Крови не входит в идеологию фашизма и в принципе чужда ему. Мало того, Нация в фашизме, – категория, полностью подчинённая идее Государства. «Не Нация создаёт Государство, наоборот – Государство создаёт Нацию», «Всё для Государства, ничего против Государства!» – вот постулаты фашизма. Нас, Националистов, могут привлекать отдельные фрагменты внешней эстетики фашизма (равно как и ряда других идеологий), но мы чётко должны определять коренные различия между Национализмом и фашизмом. Ценностной основой Национализма является Нация. Нация, как источник и носитель определённых характеристик и ценностей. Всё остальное – Государство, модели государственного устройства, экономическая политика и т.д. – всё подчинено Идее Нации, её сохранению и развитию. Current Music: Oi (1 Comment |Comment on this)